Кровь, пот и слезы. Почему «Чернобыль» — лучший сериал, несмотря на неточности

Не успела завершиться культовая «Игра престолов», за финалом которой с мурашками по всему кожному покрову наблюдал весь мир, как HBO решил порадовать зрителя мини-сериалом. Да еще про СССР. Да еще про Чернобыль. Вопреки ожиданиям, сериал вышел не просто качественным, а по-настоящему профессиональным, красивым и атмосферным. Вместо привычной клюквы про tovarisch mayor who drink vodka with medved, мы получили очень кропотливо и бережно воссозданные улочки Припяти, Минска, Москвы, огромное количество советской техники и автомобилей, детально воссозданные локации, вплоть до больниц и даже жилых квартир того времени. И все это оказалось делом рук людей, далеких от СССР и того менталитета на максимально возможную протяженность времени и пространства.

Начнем со всех причастных. Режиссер проекта, Йохан Ренк — известный под псевдонимом Stakka Bo артист и клипмейкер целой россыпи звездных клипов (от Мадонны до Бейонсе). Ранее в сольной режиссуре больших проектов он замечен не был, зато участвовал в постановке отдельных эпизодов таких легендарных сериалов как «Во все тяжкие», «Викинги» и «Ходячие мертвецы». Надо сказать, первый полноценный собственный блин у Йохана вышел очень даже съедобным: с точки зрения режиссуры к происходящему на экране претензий не может быть никаких. Актерский состав также радует. Помимо старика Стеллана Скарсгарда и Джареда Харриса (Мориарти из «Шерлока Холмса» Гая Ричи), каст составили знакомые лица из той же «Игры престолов» (например, в первых сериях засветился мейстер Лювин), а также «Табу» и других неплохих проектов. Особо хочется отметить художников-постановщиков и тех, кто помогал в воссоздании по-настоящему цепляющего советского духа и атмосферы тех лет, в которые, даже при изначальном желании рассмотреть неточности и придираться, хочется верить. Это касается даже таких мелочей, как номера машин или дорожных знаков, радиоприемников или галстуков. А ведь в создании сериала участвовали всего несколько выходцев из Союза. Все остальные — американцы и европейцы.

Фото: кадр из сериала «Чернобыль»
Фото: кадр из сериала «Чернобыль»


Выходя за рамки восприятия визуальной составляющей, неточности все-таки обнаружить можно (ну а где их не бывает!). Так, некоторые предметы одежды и униформы все-таки представляются весьма спорными. Например, обувь. Но это уж совсем придирки, причем действительно редкие. К сюжету их гораздо больше. Фильм не преподносится как документальный, не предоставляет литературной базы, не раскрывает источников, откуда черпались черты персонажей и сюжетные триггеры. Персонаж прекрасной Эмили Уотсон, которая по сути является полноправным героем происходящего, списана с целой группы ученых, членов комиссии и даже следователей, которые работали над чернобыльской аварией. С другой стороны, именно она в нужный момент подает гениальную идею Легасову (реальному человеку, которого в сериале играет Харрис), а также раскрывает линию с застенками Лубянки и вездесущим КГБ. Без ее непосредственного участия не произошли бы события, которые ложатся в основу сразу двух серий — 2 и 3. И давайте начистоту: без нее советские кабинеты не выглядели бы в сериале такими зловещими. Помимо ее ареста, «кровавое» КГБ проявляется лишь в виде слежки за Легасовым и Щербиной. Но все это можно списать на художественную часть, допустимую долю вымысла, тем более, что сериал даже не претендует на историчность. Вот что на самом деле удивляет в «Чернобыле» в плохом смысле, так это образ Дятлова. В начале сериала нам пытаются донести черным по русскому, выпуклым и светящимся текстом Arial Black, что он всего лишь козел отпущения, которого пытались выставить чуть ли не главным виновным. Однако через минуту мы видим на экране настоящего неадекватного психопата, который орет на подчиненных (еще до всех страшных событий, в обычной штатной обстановке), явно одержим и не воспринимает объективных доводов. Давайте на этом остановимся подробнее.

Фото: кадр из сериала «Чернобыль»
Фото: кадр из сериала «Чернобыль»


Когда Дятлов выходит в коридор, он видит, что окна выбиты некой ударной волной снаружи помещения, а мелкие осколки валяются у него под ногами. Далее он видит подчиненного с явными признаками сильного облучения (у него аж кожа на лице обуглилась), что не может соответствовать уровню излучения в 3 рентгена, о которых с пеной у рта твердит Дятлов. Даже обломки графитовой кладки реактора (а больше им взяться неоткуда) на земле его не наталкивают на мысль, что он ошибся. Зато все вокруг погружено в хаос. Это еще одна неточность (или художественное допущение). На самом деле, в первые часы после взрыва на станции велась вполне штатная работа по плану, а потом, опять же плановые, работы по предотвращению ужасных последствий катастрофы. Никаких одиночек, бродящих по коридорам и похожих на зомби, не было. Еще одна маленькая деталь: полыхающий энергоблок. Все очевидцы и эксперты сходятся в следующем: огонь, бушевавший в ту ночь, был кроваво-красного или пурпурного оттенка, тут же мы видим красивый, но все же не совсем точный оранжевый цветокор. Сериал очень хочет показать нам, что все находящиеся на месте чиновники и органы, скрывали и не подвергали огласке происходящее в Чернобыле. Даже после того, как по американскому ТВ стали говорить о трагедии, в Припяти и ближайших городах (а также почему-то в Минске) все старательно делают вид, что ничего не происходит. На самом же деле свидетелями самого взрыва были несколько местных рыбаков, которые были даже допрошены следователями незадолго до смерти. В сериале же нам не показывают работы органов вообще (то ли из-за недостатка хрона, то ли умышленно). В реальности же допросы велись сутками, начиная с первой же ночи аварии. Также мы не видим работы советских журналистов, которая определенно достойна внимания. В сериале почему-то не упоминается, что с 1 мая в Чернобыле работали журналисты ТАССа, «Правды», «Известий», «Комсомолки» и других изданий. Среди них был легендарный журналист Александр Крутов, который раскрыл множество страшных подробностей происходящего. По идее, было бы логично показать противодействие Крутова и других журналистов системе и партии, которые старательно умалчивали детали и масштабы трагедии, но, увы.

Фото: кадр из сериала «Чернобыль»
Фото: кадр из сериала «Чернобыль»

Как выдуманная Ульяна Хомюк влияет на сюжет я уже писал выше, но в одной сцене она влияет даже на реально существовавшего человека — Легасова. Дело в том, что когда кабинет министров во главе с Горбачевым обсуждает опасность его метода с использованием песка и бора, именно она оказывается тем, кто полагает, что горячее топливо проплавит бетонное основание станции, уйдет в почву и отравит воды Припяти и Днепра. На самом деле, об этой опасности говорил президент Академии наук СССР Евгений Велихов (которого в сериале вообще нет), Легасов же к этой затее относился скептически. Сам он вспоминал, что тогда лишь съязвил, мол, «Велихов насмотрелся американского кино». Это детали, которые прямо не влияют на развитие сюжета, а важны лишь с точки зрения истории. Другое дело — нахождение в столичной больнице №6 жены пожарного Игнатенко. У зрителей множество вопросов связано с Людмилой, его женой, которая добавляет сериалу драматизма и любовной линии. Она подкупом попадает в палату, затем уговаривает позволить ей остаться с мужем санитарку, а потом становится участницей сцены, из-за которой Хомюк оказывается задержана. На самом деле, всего этого произойти тогда просто не могло. Больница была под постоянной охраной, а уход и надзор за больными ликвидаторами, среди которых и был Игнатенко, осуществлялся не санитарками и врачами (многие из них попросту бежали, боясь заражения), а солдатами, которые уж точно не допустили бы подобных событий, действуя по приказу начальства, а не по распоряжению руководства больницы. Не пускать жену пожарного в отделение и палаты в их задачи точно не входило. Сама Людмила в интервью удивлялась: «В Москве у первого же милиционера спросили, в какой больнице лежат чернобыльские пожарники, он нам сказал, я удивилась, потому что нас пугали: государственная тайна, совершенно секретно». В итоге беременная женщина действительно провела много дней рядом с увядающим мужем. Также сильно преувеличена сцена с шахтерами, которые мало того, что разделись догола, еще и принципиально не используют респираторные маски. На деле же масок просто не хватало на всех, а обнажение все-таки ограничивалось бельем. 

Фото: кадр из сериала «Чернобыль»
Фото: кадр из сериала «Чернобыль»


В целом «Чернобыль» оказался действительно цельным, очень пугающим и атмосферным, круто снятым произведением, где каждая деталь бережно воссоздана и подана зрителю с трепетом. Да, художественных вливаний в сюжет достаточно, есть некоторые противоречия с реальной историей, но ведь это и не документалка. Если перетерпеть пару тысяч обращений друг к другу (даже к женщинам) словом comrade, угол восприятия с очень иллюзорной и незначительной клюковки перейдет на объективные сильные стороны проекта. На деле это качественный сериал, который повествует об одной из самых страшных катастроф 20 века так, что ты чувствуешь напряжение и дрожь. Ты чувствуешь эту трагедию, переживаешь ее. Остается лишь посочувствовать отечественным киноделам, которые до сих пор в упор не замечали такой потенциал в Чернобыле, который затронул всех нас все-таки чуть больше (очень сильно больше), чем американцев. У нас же пока не научились внимательно работать с историческими костюмами и духом эпохи даже в большом прокатном кино. Хорошо, что теперь есть хотя бы такой сериал от HBO.

Как вам сериал?

Шэдэвр! Ну такое...
Поделиться в