Блогер Адель Сергеенкова, которую переехала машина, раскрыла шокирующие подробности случившегося
Адель Сергеенкова
Фото: Инстаграм (запрещен в РФ) @adelsergeenkova.store
Несколько дней назад модель и основательница своего бренда одежды ужаснула подписчиков кадрами после жуткого происшествия. В запрещенной соцсети 37-летняя Адель рассказала, что ее переехала машина, в результате чего ее доставили в больницу с множественными ранами и ушибами и пятью переломами. Что произошло и кто виноват в случившемся, подписчики девушки так и не поняли, хотя она очевидно намекала на кого-то из своих знакомых. Вчера Сергеенкова вновь вышла на связь и поразила пользователей Сети еще более неожиданными заявлениями.
РЕКЛАМА - ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
«Сейчас преисполнена злостью. Я ненавижу, ненавижу их всех. Что за уродство, нападать толпой на одного человека?! На женщину! На мать пятерых детей! Вы же так печетесь о позоре! Неужели ваши многолетние попытки меня слить — не есть позор? И хватит отправлять ему мои истории. Если есть вопросы, касающиеся меня, вы можете задать их мне. Да, меня переехала машина, и да, представляете, это действительно серьезно. <...> Да, заступиться за меня некому. Папа, был бы жив, сделал бы это. Возможно, не от великой любви, а просто потому, что обожал наказывать, но тем не менее. Мама же у меня, увы, имеет сильно притупленный материнский инстинкт. Однако есть Бог, который все видит. И он уж точно заступится за меня и детей. Время все расставит на свои места»
Хотя имен Адель не называет, сомнений нет, что ее яростные послания посвящены вполне конкретным людям. Похоже, девушка знает своих обидчиков в лицо, и от этого, честно говоря, все произошедшее выглядит еще более пугающим. Сергеенкова также поделилась новостями о своем самочувствии. Судя по ее словам, до улучшения ситуации и восстановления еще далеко.
«После последнего происшествия каждое пробуждение и осознание новой реальности вызывало во мне дикое чувство несправедливости. Я орала во весь голос. Смотрела в небо и кричала: "Ублюдок, сколько можно надо мной издеваться". Мне было невыносимо больно физически и невыносимо обидно морально. Сейчас я не могу ходить. Не в состоянии пройти и сантиметра пути. Моя левая рука напоминает руку дворецкого из второй части "Очень страшного кино". Плюс меня ждет операция на плечо, которое ноет так, что без уколов жизнь превращается в кошмар. Каждая перевязка — это крик. Раны не щиплет, они горят. Горят так, что начинает тошнить и сознание мутнеет. Все унизительно. Меня распаковывают, поливают растворами, мажут «Бетадином». Психика не вывозит. Ни умыться, ни почистить зубы, ни сходить в туалет, душ — ничего. Полная зависимость от людей вокруг»